«Я И ПАХАРЬ, Я И ЖНЕЦ, Я И НА ДУДЕ ДУДЕЦ», - говорит о себе пан Савка Правда, хозяина этой удивительной усадьбы, получившей статус музея древностей и этнографии Полесья, зовут Леонид Григорьевич Шилов. Но он предпочитает именовать себя так, как звали его деда, - Савкой, утверждая, что только здесь, в Новых Петровцах, что раскинулись на Киевщине, можно ощутить весь уклад жизни наших предков... Пошли нам Бог смешного иностранца

Мысль о том, чтобы создать настоящую украинскую хату, витала в сознании Леонида Григорьевича еще лет 30 назад. Однако реальное свое воплощение получила совершенно случайно, явившись в образе зарубежных друзей, попросивших его во время своего очередного визита в Киев показать настоящее село. Дабы уважить просьбу гостей, он тут же предложил им отправиться к теще, в Новые Петровцы. Да только, прибыв в ее дом, они лишь головами закачали: какое это село? Удобства, как в лучших квартирах, та же мебель в комнатах стоит, та же техника. Пожалуй, на этом экскурсия и закончилась, если бы Леонид Григорьевич не вспомнил о соседской бабушке, дом которой оставался в первозданном виде со времен его постройки. И хотя половицы его давно стали достоянием мышей, а в подслеповатые окна еле- еле пробивались лучи света, именно он вызвал у корейцев тот восторг, который бывает у европейцев, радующихся, как дети, червивым плодам, выгодно отличающимся от тепличных собратьев.

Вот тогда идея - сделать нечто свое, пронизанное национальным колоритом, - укрепилась. Впрочем, желание привести хату в порядок (а вместе с ней - и окружающую территорию) вызвало у односельчан… протест. Дело в том, что рядом с домом находилась свалка, которую Савка (уж позвольте, уважаемые читатели, называть его так) решил убрать. Обратился было за советом в поселковый совет, да там только скривились: а куда мусор выносить? Поход в райсовет тоже особого результат не дал: местные чиновники в добрых намерениях увидели желание отхватить кусок земли. И лишь когда к хате Савки стали стекаться иностранцы да первые лица государства, тут уж поняли: дело хорошее.

Дом Савка восстанавливал по всем правилам, благо находились старожилы, помнящие, как их отцы и деды готовились к этому святому делу. В первую очередь делали из семи (магическое число) веток ромб. Внутри него, - разделенного на четыре части, означавшие стороны света, - следовало положить камень, который и надо было привести с той или иной стороны. К слову, такие ромбы, как символ плодородия, можно заметить на посудах трипольской культуры, а уж у местных мастериц в вышивках они повторяются с завидным постоянством. Место выбирали со всей тщательностью: на перекрестке или бездорожье хату не ставили, как и не строили на том месте, где когда-то было срублено плодовое дерево или кто- то испугался. А вот если тут запел Петя-петушок или конь повалялся, значит следовало приступать к работе.

К слову, петушок, возвышающийся на трубе, является тем оберегом, который охраняет дом от нечистой силы. Но, чтобы не допустить ее, следовало церковными свечками, принесенными со службы в Страстную пятницу, выжечь на навесе крест. И тогда можно было быть уверенным, что злое слово или взгляд никогда не заденут вас. Забегая вперед, скажу: подобные талисманы, столь характерные для Украины, видны и в хате. Вязка чеснока, висящая в горнице; рушники, украшающие окна; рисунки на печи; святые образа в углу, и даже сложенное из металлических предметов солнце на крыше в кузнице, - все это способствует положительной энергетике.

К самой же хате ведет дорожка, вымощенная деревянными пнями. Именно под ними пан Савка в свое время нашел серебряные монеты да скрученные ассигнации, некоторые из которых сохранились в первозданном виде. Кто знает: может, именно его дед прятал здесь свой клад? По словам пана Савки, был он человеком зажиточным. И, если бы не попал под вихрь революционных репрессий, его судьба явно сложилась иначе.

Под ногами плетется барвинок - цветок, без которого нельзя было обойтись ни одной семье. А подорожник зеленым ковром ложится вокруг дома. При этом назначение цветов - практическое. Барвинком всегда голову мыли, а цветками дикой фиалки вымя коровушки-кормилицы протирали. Вот разве что калина у плетня - как символ дочери пана Савки.

- Если взять компас, то можно увидеть, что все окна дома выходят на восток, так что иконы в углах всегда купаются в солнечных лучах, - делится пан Савка. - А вот крышу покрывали камышом, так что стоять она будет долго. Если срок годности металлочерепице дается 15 лет, то камышу - 60. Именно камыш и является своеобразным кондиционером, - в хате, даже в самую жару, всегда прохладно. Когда же наступает зима, - становится тепло, ведь все щели забиты соломой.

Образ жизни и действий О том, что в усадьбе проходят театрализованные действа, во время которых человек попадает в среду ХIХ столетия, что приносит ее владельцу определенный доход, - свидетельствуют прайсы, которые тиражирует преимущественно перед иностранцами туристические компании. Меня интересовало другое: возвращается ли семья после таких выступлений к привычному для нас укладу, либо же увлечение хозяина усадьбы отражается на философии всех домочадцев? - Это - целый мир, в котором мы живем, - говорит пан Савка. - Когда я надеваю рубаху Савки, то чувствую, как он воспринимал окружающую его среду. Он разговаривал с природой только на «вы». Деревья рубил лишь тогда, когда они засыпали, то есть зимой. И если взять дрова, заготовленные зимой, то можно увидеть, что они совсем по-другому горят, поскольку содержат в себе намного меньше влаги. Более того, осваивая один за другим народные ремесла, я понял, насколько они естественны для человека. Мой сын, который никогда до этого не занимался кузнечным делом, впервые взяв молот в руки, держал его правильно, потому что нельзя ударить сплеча или сверху. Точно также как и дочь, расписывая печь, изобразила древо жизни. Откуда она могла знать, что именно такие рисунки наносили украинцы? Подсознание само диктует нам, а генетическая память лишь подсказывает, что и как делать.

На дворе у пана Савки стоит кузница. «Куда же без нее? Кузнец был первым человеком на селе, после батюшки», - поясняет он, показывая, как из каменного угля наши пращуры делали кокс. И хоть технология его была, на первый взгляд, проста, а сам продукт - далеким от совершенства, все же благодаря ему можно было раскалить металл и выковать необходимую вещь.

Рядом красуются ульи. «У нас, в Полесье, сахарный бурак никогда не рос, вот и приходится заниматься пчеловодством, - объясняет пан Савка. - Без меда и мясо не сохранишь (его, прежде чем положить в бочку, обмокали в меду), и жизнь не подсластишь, и медовуху не сделаешь». О последней хочется сказать особо. Кто из нас не слышал о хмельном меде? Да вот пробовали его единицы, да и то - у пана Савки.

- Медовуху очень трудно сделать. Как известно, если нагревать мед, то он теряет свои целебные качества. И самое сложное - сварить его, чтобы он не утратил всех своих свойств. Процесс этот длительный, и только в конце можно добавить хмель. Напиток получится необыкновенный. Он и при недугах помогает, и гостям всегда по вкусу приходится, - поясняет Савка.

Всему свое время. Пасеке - лето. А вот осенью начинают отбивать лен и делать из него нитки. Этим и занята сейчас семья Савки. Процесс отбеливания подсказала теща, некогда наблюдавшая в детстве, как это делали. Брали деревянную кадку (без дна), внизу которой выстилали солому. После клали одежду, затем засыпали золой, опять - одежду, вновь посыпали золой и так - до самого верха. Заливали горячей водой, а сверху клали камень. Вода, потихоньку выливалась, а одежда отбеливалась. После на речке белье выполаскивали, выбивая небольшой колодой оставшуюся золу и вновь опуская в воду. Этот процесс Савка восстановил тоже. Насколько он эффективен, можно судить по белизне его рубашек. Впрочем, сам он утверждает, что «мороз и солнце - день чудесный» способствуют отбеливанию не меньше, чем всем хорошо известная «Ваниш».

Видно пана по халявам В хате у Савки, как у хорошего хозяина, есть все. Тут и жернова, превращающие жито в муку, и сита, изготовленные из телячьей кожи, и своя мастерская по ремонту обуви. Помните, в каких сапожках щеголяла героиня Гоголя красавица Оксана?! Мало кто знает, что таковые стоили 25 рублей золотом, в то время как корову можно было продать за один рубль. Вот и получалось, что приобрести обувь могли только зажиточные крестьяне, остальным приходилось довольствоваться лаптями (или в лучшем случае валенками). - Иногда шли на хитрость, - объясняет Савка. - Когда подошва полностью снашивалась, а голенище оставалось еще неплохим, мастер его отрезал и пришивал к старым башмакам. Вот и говорили: «Видно пана по халявам», подразумевая, что состоятельный человек такого не допустит. Савка прекрасно сам мастерит сапоги, подбивая их, как в давние времена, березовыми колышками, выполняющими функцию набоек. А вот сшивает кожу конопляной нитью, - она не гниет и не портится. В качестве примера хозяин показывает конопляную скатерть, некогда пролежавшую у одной бабушки в темном подвале несколько десятков лет. «Взял из уважения к почтенному возрасту собеседницы, - делится Савка. - Когда же мы ее отбелили, то были все поражены прочностью и качеством материи».

К слову, о материи… Ее сейчас за ткацким станком ткут и домочадцы Савки, и многие посетители. Станок собирал сам хозяин, сам же изучал ткацкое дело. «Ткали-то и мужчины, и женщины», - поясняет Савка, прогоняя челнок по основе и закрепляя нить. Единственное, что ему пока не удается, так это выткать рушники.

- А с гончарным делом тоже знакомы? - спрашиваю я, разглядывая всевозможных форм кувшины.

- Конечно, - говорит Савка. - В нашем селе в свое время было свыше 200 гончаров, - запас глины тут богатый. Да только сейчас никто не хочет возиться, - работы много, а труда на копейку. А ведь форма горшка отображает и мужчину, и женщину одновременно. Если вы поставите его перед собой, то увидите горлышко, шейку, плечики, пятку (дно); если развернете, то заметите, что он напоминает по своей форме женскую грудь. Поэтому еда в нем всегда такая теплая, а сам горшок настолько прочный, что разбить его очень трудно.

Наследство, от которого мы отказались Гостеприимная хозяйка рогачом достает из печи горшок с пшенной кашей. Глиняные миски, деревянные ложки да медовуха, - вот те нехитрые составляющие к сытному ужину, за которым течет наша беседа. И что интересно: память услужливо помогает вспомнить те факты, о которых мы лишь отрывочно узнавали от своих дедов. - Как-то ко мне приехали москвичи, - делится пан Савка. - Мать их казачка в седьмом поколении. Их же судьба давно забросила в Россию. Но в разговоре со мной - неожиданно для себя - они стали употреблять те украинские слова, которых никогда не знали. Подобные случаи скорее являются правилом, нежели исключением. Немцы, глядя на ромб (помните план хаты?), увидели в нем рисунок своих национальных… вышивок. Венгры же заметили схожесть в пошиве обуви, а уж у украинцев, приезжающих из других регионов, возникает ощущение, словно надели на себя родную рубашку. Вот и тянет их сюда. Об этом свидетельствует Книга записей, где свои отзывы оставляют посетители. «Все было интересно и очень вкусно», - написала Хидэки Янагида. А вот индианка, проживающая десять лет в Украине, призналась, что культуру этой страны, ее быт и традиции она узнала, побывав в хате Савки.

Мы уже покидали гостеприимный дом, такой теплый и прохладный одновременно, когда у пана Савки зазвонил мобильный телефон. Звонила супружеская чета из Винницы. О Савке они узнали от своих друзей, проживающих в… Канаде. Вот, решили обвенчаться спустя долгие годы совместной жизни: по всем правилам и непременно - в хате Савки. «Самое время для обрядов наступает, - говорит Савка. - Пусть приезжают. Не разочаруются». И это, действительно, так, ведь в его доме гостей встречают хлебом-солью. А Савка мечтает создать целый хутор. И, глядя на его хату, не сомневаешься в том, что ему это удастся…

Галина ДЕГТЯРЕВА, Киев - с. Новые Петровцы – Киев.